О расколе нации и государства

13-го февраля в екатеринбургском центре культуры «Урал» (ул. Студенческая, 3) состоится концерт легендарной сибирской рок-группы КАЛИНОВ МОСТ. Самое замечательное, что в день концерта лидеру группы Дмитрию Ревякину исполнится 50 лет. Накануне события Дмитрий Александрович дал интервью нашей интернет-газете.

В русских былинах Калинов мост переброшен через огненную реку Смородину, соединяющую мир живых и мёртвых, Калинов — потому что раскалён. Сам Дмитрий Ревякин объясняет название своей группы так: это последний рубеж между добром и злом, светом и мраком, мост от безбожия к Богу…

В одном из последних альбомов КАЛИНОВА МОСТА — «Эсхато» — «мать-Европа» показана в притворстве, праздности, распаде, кромешном мраке, окружении падали и воронья. Распад, в первую очередь, конечно, в том, что под лозунгами индивидуальной свободы и уважения к чужой свободе, то есть толерантности, европейские народы ловко манипулируются «хозяевами жизни». «Свобода» стала очередным отвлекающим манёвром, новой ширмой, обманкой, за которой творятся грязные дела. Раньше такой ширмой была «вера», «государство», «народ», теперь вот — индивидуальная свобода.

«Мы живём уже в постхристианскую эпоху…»

— Дмитрий Александрович, как, по-вашему — это закономерное продолжение пути к общему концу? Или есть ещё спасение?

— Если говорить о человечестве, обществе, о социальном устройстве, то я не вижу каких-то сил, пригодных для всеобщего спасения. В индивидуальном же аспекте этот вопрос приобретает религиозный смысл.

— Рефрен Вашего творчества, я цитирую Вас: «Конец света неизбежен. Причём многие люди думают, что они живы, а на самом деле они уже мертвы… Мы с вами живём в предконечные времена». Позвольте, может быть, наивный вопрос: как Вы представляете конец света? Имеется в виду духовная бездна? Или апокалипсис в голливудском изображении?

— Я уверен, что всё это взаимосвязано — и нравственная гибель, и «голливуд». Одно есть кара за другое. Скорость падения нарастает, и что будет дальше, «за поворотом», совершенно непонятно. Впрочем, для религиозного человека это не открытие, он живёт в постоянном личном ощущении, что конец света близок.

— Для многих, если не для большинства, это означает: однова живём, значит всё позволено!

— Ну, это же не я решаю — быть спасённым или не быть. В конечном счёте, каждый сам для себя решает — спастись или приговорить себя. Решает, что будет с его землёй, с его семьёй, с его детьми. Человек ведёт себя сообразно своему внутреннему состоянию. По вере, причём воплощённой в делах, а не в словах (так как «произнесённое есть ложь») и воздастся…

— Задаваться вопросом: «Когда настанет конец света?», — конечно, бессмысленно, это дело Божье, а не человеческое. Но всё равно остаётся сомнение, выраженное Гамлетом: «Достойно ли судьбы терпеть удары иль лучше оказать сопротивленье?». Киевский Майдан, например, сопротивляется. А есть ли в этом смысл, если Украина даже при лучшем для себя исходе угодит в ту же европейскую «хлябь мутной лужи», как Вы поёте?

— И Украина, и часть России относятся к Европе, эти процессы не чужды и нам. Разница в том, в украинцах проснулось чувство собственного достоинства, что оказалось неожиданностью и для власти, и для оппозиции, и для так называемого Запада.

Если народ способен проявить честь и достоинство, почему нет? Мне кажется, смысл происходящего в Украине и задача украинцев — не «слизывать» во всём сегодняшние европейские порядки и наши порядки, когда власть только и знает, что выкачивать ресурсы, «покупать» людей доступной выпивкой и закуской и отвлекать их телевизионными зрелищами; когда при формальной свободе всем друг на друга наплевать, каждый занимается только собой, приобретательством, накопительством. Задача украинцев — навести порядок в своём доме.

— Вы говорите: самое главное — вложить в детей богобоязненность. Но откуда возьмутся родители, которые вложат богобоязненность и в самих себя, и в своих чад, то есть в настоящее и в будущее? Я опять же цитирую Вас: «…Налицо кризис православной церкви, Московской патриархии. И вообще в мире с религией сложно, я имею в виду, с христианством. Сейчас церковь — это ещё одно министерство, и всё… Церковь разрушена, а где остановиться человеку православному, как не в церкви? Церковь — это и сообщество верующих, но где сейчас это сообщество?». Так где брать энергию веры и богобоязненности?

— Вы правильно цитируете то, что я говорю. Надо осознавать, что мы живём уже в постхристианскую эпоху. Но это не значит, что нет Бога, Его законов и установлений. А кто и как к Нему прорвётся — это личная работа. Что тут сказать — читайте Библию. У меня нет причины не доверять библейским, евангельским утверждениям. Есть и генетические представления, переданные человеку предками, родителями. Есть личный мистический опыт, который даёт понять, что всё в этом мире устроено по Божьему соизволению. Но это, в принципе, немногим дано. Враг — он ведь тоже не дремлет, придумывает различные ухищрения, чтобы разорвать тебя на части, раздробить твоё сознание, чтобы у тебя не было ни времени, ни сил задуматься о твоей посмертной доле. Это извечная война.

— Уже больше 20-ти лет, почти всё то время, что есть КАЛИНОВ МОСТ, одно из излюбленных занятий соотечественников — поиск национальной идеи, которая бы объединила разные слои, разные народы. Недавно я встретил такую позицию (у известного тележурналиста Александра Невзорова) — что религия вообще не может примирять. Наоборот, со времён расцвета авраамических религий, то есть и христианства, постоянно разжигаются религиозные войны. В наше время мы видим эти войны в форме террористического противостояния мусульманского Востока и христианского Запада. А вот атеист никогда не будет террористом, утверждает Невзоров. Что бы Вы ему на это ответили?

— Не знаю, каких атеистов имеет в виду Невзоров. Видимо, тех, кто на танках входил в Будапешт, Прагу, Афганистан. Не считая поддержки атеистических режимов от Африки до Латинской Америки. А что касается террористической борьбы, то находили же разные народы возможности сосуществовать и развиваться в Российской империи. Значит, надо брать пример, учиться.

«Наше руководство делает всё, чтобы случилась катастрофа»

— Дмитрий Александрович, а как бы Вы сами сформулировали национальную идею?

— Нет у меня рецепта. Потому-что национальная идея может быть там, где есть нация. Как сейчас на Майдане. А у нас национальные республики — Чечня и Дагестан, Татарстан и Башкирия, Бурятия и Якутия — практически государства внутри государства. Не может у нас быть национальной идеи в принципе.

— А наднациональной?

— Наднациональную президент Путин каждый год транслирует на своей годовой пресс-конференции, когда повторяет, что у нас должно быть неуклонное повышение благосостояния населения, вот и вся наднациональная идея.

Поэтому, мне кажется, в ближайшем будущем с нашей федерацией случится катастрофа — она развалится, вот и всё. Я не вижу ни сил, ни политической воли, ни действий, чтобы считать иначе. У нас просто удручающая экономика — она скоро рухнет, и каждый будет спасаться самостоятельно, потому что мы не мононациональное государство, как Украина. А так называемые духовные скрепы, сколько бы о них ни трепались, на самом деле размываются, их скоро не станет. Вы посмотрите, как историю преподают — её же никто не знает.

— А как же «борьба с экстремизмом»? Разве это не работа на «скрепы»?

— Государственный аппарат на то и существует, чтобы подавлять, пресекать, манипулировать сознанием и физическим состоянием населения. А что ему ещё делать? Но разрушительный процесс этим не остановить. Это какие-то тёмные, варварские представления: давайте не говорить «чума» — и чумы не будет. При этом, власти не занимаются экономикой, не строят детские сады и так далее. Зачем-то расширяют Москву, зачем-то тратят безумные миллиарды на олимпиады. У нас что, всё в порядке? Это какая-то личная диктатура, своеволие, блажь. Я не вижу среди них государственников и не воспринимаю их как государственников.

— В любом государстве импульс развития задаёт аристократия. У нас её, понятное дело, нет. Но может, вам попадались крупицы, зачатки?

— Ничего не могу на это ответить. Конечно, мне попадались умные люди с энциклопедическими познаниями, и я продолжаю с ними общаться. Но я бы не назвал это цельным государственным мышлением, да и рычагов у них никаких. Поэтому для меня абсолютно понятно: близится катастрофа, и её никак не предотвратить. Более того, всё делается для того, чтобы она случилась, я имею в виду наше руководство.

— Где-то прочитал о вас: «Ревякин стал приверженцем монархических идей». Это правда?

— Ну как правда? В смысле утопии, которой никогда не будет. Это из разряда популярного жанра фэнтези. Не будет никакой монархии. Кому это нужно, это не входит в планы властьимущих. Они ведь подконтрольны: мир давно принадлежит транснациональным корпорациям, а они не имеют национальной идентификации.

«О какой соборной любви можно говорить, когда мы унижены и оскорблены»

— Ещё одна цитата из ваших интервью: «Любовь — это, в первую очередь, жертвенность. Во имя любимой, во имя Родины, во имя идеи. А там, где жертвенность, рождается и ответственность, и честь — одно за другим идёт. Вот это и есть любовь». Так чего сейчас больше в России — любви или ненависти, жертвенности ради любимых и Отчизны или эгоизма, потребительства, надежды или отчаяния?

— Общее состояние — это клубок противоречий: тотальная несправедливость и раскол общества на минимальный процент богатых и тех, которые ещё что-то пытаются сделать, исправить, но вынуждены играть по их законам и идут против своей совести, морали. Вот чем живёт наша страна.

— Совсем недавно беседовал с другом-документалистом, он полагает, что русский народ умеет остановиться перед бездной и повернуть от неё в последнюю секунду, тем и спасаемся…

— Это теория, и, к сожалению, история не подтверждает её: почитайте Пушкина о русском бунте, почитайте о революции 1917-го года. Говорят: но выбрались же! Во-первых, куда, во-вторых, какой ценой. Да и говорить, что это заслуга народа, считаю, неуместно.

— «Ещё раз о любви». Сужу по отношению нашего народа к Олимпиаде, которая сегодня открывается. Очень многие вместо того чтобы радоваться, болеть за наших спортсменов — зубоскалят, злорадствуют, для них чем хуже, тем лучше. Какая уж тут любовь и соборность. А какие чувства испытываете к Олимпиаде Вы?

— Как в наше время можно говорить о какой-то соборной любви, когда мы унижены и оскорблены — и поэтому разодраны и расколоты? Многие, с кем я встречаюсь, мои друзья и знакомые говорят: раньше мы болели за хоккей, биатлон, а это первая Олимпиада, которую мы не ждём. По-моему, очевидно, почему: эффект бумеранга.

— И что, неужели никто не подаст спасительного примера, как «Родину любить»?

— Никто не подаст и ни до кого не дойдёт, потому что СМИ подчинены определённой идее и определённым задачам. Всё пространство выжжено, и там не появится ничего такого, там были и будут всякие извращенцы — беспринципные политики, эстрадные уроды, пустопорожние шуты с их «элитарными» наслаждениями.

— Дмитрий Александрович, Вы увлекаетесь идеями евразийства. Как считаете — у России есть шанс и право стать мостом для народов, для Запада и Востока?

— Да, об этом много написано, особенно в перестроечное время: что спасение придёт из России. И я остаюсь в этом, российском. А куда мне деться? Я же не эмигрирую, у меня нет недвижимости в Испании, и дети у меня в Лондоне не учатся… Россия будет мостом, но как территория. Это будет не наш мост. Читайте «Дерсу Узала»: там, куда придёт Китай, всё будет вытравлено, все будут превращены в рабов, у них традиция такая.

— У Вас ведь родители в Читинской области живут, на границе с Китаем. Что они об этом думают и говорят?

— Они понимают, что их никто не защитит.

— Тот самый мой друг-документалист делился впечатлениями о нашей границе с Китаем по Амуру. Попросили, рассказывал, на заставе катер для съёмок, а наши военные отвечают: вы только никому не говорите, но мы его распилили и продали…

— Я Вам тоже могу сказать: был у пограничников на Камчатке, они тоже за свой счёт границу охраняют. Зато у нас — Олимпиада!

«Это не самое страшное в жизни, есть вещи и пострашнее…»

— Дмитрий Александрович, наши читатели прислали Вам поздравления и вопросы. Ответим?

— Конечно.

— Судя по тому, что своё 50-летие вы встретите в Екатеринбурге, наш город для Вас не случайный, не рядовой. С ним связаны имена дорогих Вам людей — Александра Башлачёва, Ильи Кормильцева, Вячеслава Бутусова… Но все они в разные годы покинули наш город. А с кем-то из екатеринбуржцев Вы поддерживаете отношения?

— Конечно, поддерживаем. Когда приезжаем играть в Екатеринбург, приходят наши старые знакомые, музыканты — Антон Нифантьев, который в группе ЧАЙФ играл на бас-гитаре, барабанщик УРФИНА ДЖЮСА Владимир Назимов, иногда и Александр Пантыкин появляется. Видимо, «Уральские пельмени» придут в полном составе.

— В июле 1991-го был объявлен ваш концерт в тогда ещё Свердловске, но он так и не состоялся, не помните почему?

— Помню хорошо, я заболел просто.

— «А нынче концерт точно состоится?», — волнуется читатель.

— Только Господь Бог знает об этом, а мы будем стараться.

— Читатель пишет: «Здравствуйте, Дмитрий! Хочу поздравить Вас с днём рождения и сказать, что был восхищён Вашим выступлением на «Янкином дне» в Новосибирске. Планируются ли подобные акустические выступления в будущем?».

— Если будут специальные приглашения в таком составе, то обязательно, а почему нет? Мы очень пластичная группа, играем в любом состоянии.

— Дмитрий Александрович, Вы были инициатором, заводилой и участником трибьюта песен Башлачёва. Кроме Вас, в нём поучаствовали Шевчук, Кинчев, Шклярский, Скляр, Васильев. Почему бы продюсерам, телевизионщикам не устроить всероссийские гастроли или не записать телеверсию большого выступления? «Почему настоящий, подлинный рок в России лишён возможности демонстрировать своё творчество на ведущих телеканалах?», — конкретизирует читатель.

— Ну, потому же, почему у нас нет своей экономики, даже обуви своей нет. Знаю, что всем перечисленным Вами музыкантам очень понравилось. Всё, что мы должны были сделать, мы сделали. Вот, года три уже ждём выхода этой пластинки.

— Эти записи можно послушать в интернете. Кстати, читатель интересуется: как вы относитесь к публикации видеозаписей выступлений КАЛИНОВА МОСТА в интернете, на youtube?

— Как к данности. Это не самое страшное в жизни, что тебя показывают на youtube. Есть вещи и пострашнее.

— Когда будет книга Ваших стихов и нот?

— У меня вышло уже три книги стихов. И готовится четвёртая, скоро выйдет. А с нотами? Не знаю, может, тоже когда-нибудь сделаю.

— Дмитрий Александрович, с какими словами Вы обратитесь к екатеринбуржцам перед юбилейным концертом? И — что Вам подарить?

— Находите силы решать проблемы и трудности, которые нам подкидывает государство. Приходите все на концерт. Что подарить? Внимание, внимание. Ничего больше не надо. Мы тоже будем стараться, создадим такую атмосферу, чтобы вам запомнилось.

— Спасибо и до встречи!

Беседовал Александр Задорожный
7 февраля 2014 года

Фотограф: Светлана Боброва

Опубликовано в интернет-газете znak.com

Обсудить статью




Copyright © 2003–2017 WebSiteEditor Татьяна Николаева aka Li-Lu
Copyright © 2003–2017 WebMaster Андрей Николаев aka Shaman
Разрешается публикация материалов со ссылкой на сайт TOHK «ОБЛАКО-9»
 

TOHK «ОБЛАКО-9»









Яндекс.Метрика


Exp.: Пт, 15.12.17 08:02
Mod.: Ср, 07.05.14 20:50